ФОМІН
Ігор Юрійович
Керуючий партнер адвокатського об`єднання «Фомін і партнери»
Адвокат є другом, радником людини, яка за його щирим переконанням невинна взагалі, чи не на стільки і не у тому, в чому її звинувачують.
А. Ф. Коні
Новини
Власть и ее вассалы. Апелляция, судебное слушание.
06.10.2016

Утро 15 мая. Все опять собираемся у апелляционного суда. Стоим, шутим, ждем. Все хорошо понимают, что происходит и все равно в душе надежда. Ведь то, что ты делаешь так очевидно. Ты знаешь, что ты прав на 1000 процентов.

Выступаешь. Стараешься думать и говорить как можно проще. Девиз - ясность и простота. Услышьте! Говоришь о Законе, потом читаешь Пленум Верховного Суда, который обязывает суд действовать только так. Услышьте нас! Нарушено все, что только возможно! Все то, что мы говорим, бесспорно! Следователь прокуратуры почтой дает письменные указания председателю суда! Судья вершит правосудие с двумя не закрытыми уголовными делами за спиной, причем за постановление заведомо не правосудных решений. Ему не судить надо, а сухари сушить! Руководитель следственного отдела Генеральной прокуратуры угрожает свидетелю. По телевизору это полстраны видело! Из 88 допрошенных в суде свидетелей, 87 свидетельствовали в пользу Луценко, и лишь один сказал, что Министр дал ему указание, но он считает его законным. Офицеры милиции свидетельствуют суду: «я принял решение о должности, на которой должен служить Приступлюк». Другие: «Луценко не имел отношения к предоставлению квартир, не приказывал и не просил выдать их как - то незаконно». Эксперт: «ущерба по делу нет!» Вице Премьер: «…я подписал сотни писем о зачислении стажа, такие письма подписывали и другие руководители Кабинета Министров – Азаров, Янукович. Эта практика существует десятки лет – Луценко не причем». Доказываем, что во время принятия решений он в отпуске. Судьи – это же алиби. Нет! Для этого правосудия нет такого слова.

Господа судьи. Печерский суд не захотел слушать 50 свидетелей. Судья заявил, что они написали заявления, что 19, 20, 22 уехали/болеют/заняты. Посмотрите на входящий номер их заявлений! В этот же день 19, 20, 22 пропавшие и занемогшие занесли свои заявления в канцелярию Печерского суда. Куда же они уехали, чем болеют и заняты!

Больше часа выступает Алексей Баганец, наверное, час я, до глубины души, до слез пробирает выступление Ирины Луценко, яркие, наполненные фактами и образными сравнениями звучат слова Юрия Луценко.

В ответ прокуроры с заезженными штампами: «Висновки суду першої інстанції відповідають фактичним обставинам справи. Істотних порушень кримінально – процесуального закону допущено не було. Призначене покарання відповідає ступеню тяжкості та особам засуджених. Апеляція захисників не містить нічого, окрім їх суб’єктивного ставлення та упередженої суб’єктивної оцінки доказів. Не доведено фактичних даних, які були б підставою для скасування вироку суду першої інстанції. Підстав скасування вироку від 27.02.2012 року не вбачається. Апеляція захисників Баганця, Фоміна, Дитинко, Поліщука, Луценко не підлягає задоволенню». Убедительно! Они перестали напрягать себя даже видимостью конкуренции в процессе.

У нас как в басне Крылова: «Уж тем ты виноват, что хочется мне кушать».

Отсутствие даже намека на справедливость в наших судах становиться грустной привычкой. Слова суд, судья, правосудие теперь необходимо писать только в кавычках. Задумываешься насколько это страшно привыкать к бездушным лицам, которые сами себе рассказывают сказки о беспомощности перед полученной командой на уничтожение. Что ими руководит? Страх? Тогда перед чем?.. Жадность? Ясно, что они ничего не имеют от продажи своей совести и профессиональной чести. Они продаются за иллюзии будущей благостной жизни? Но ведь шансов попасть в тюрьму у них намного больше, чем получить незаслуженную пенсию.

Юристы изучают историю как никто. Опыт предыдущих поколений, полученные ими знания - это составляющая их профессии. Диктатуры всегда заканчивались поражением тиранов и гибелью их холуев. Цена их предательства себе, своему делу – временное существование между страхом неотвратимого наказания и надеждой на "хоть бы обошлось".

Своей угодливостью и исполнительностью они подписали приговор не только себе, но и всей своей системе. Стало очевидным, что дальше так нельзя. Психология исполнительного немецкого солдата не приемлема для людей, которые приходят в суд со своей бедой и надеждой на справедливость.

Последствия неотвратимы – это безнаказанность преступников и беспомощность честных граждан перед произволом. Что дальше? Самосуды, волнения, революции?!